Если хотя бы один раз попробовал себя в роли батлеечного артиста, назад дороги нет: обязательно увлечешься этим старинным искусством. Это утверждение для преподавателя Мирского государственного колледжа Константина Петримана — проверенная на личном опыте аксиома. Химик-биолог по образованию, он «заболел» белорусским народным кукольным театром и потратил много лет, чтобы восстановить традицию Мирской батлейки, которая в 2022 году пополнила Государственный список историко-культурных ценностей Беларуси. В чем секрет популярности кукольного театра и как незатейливые деревянные фигурки помогают лучше понять себя, узнала корреспондент «СГ».
Учащиеся колледжа Татьяна Пекарская и Виктория Трофимова.
Характер имеет значение
Перед импровизированным зрительным залом, где в качестве ценителей старинного народного искусства сегодня только журналисты «СГ», разворачивается целое представление. Сюжет по всем канонам батлейки основан на библейских сюжетах. Главные герои — Солдат и Черт — спорят о вечном, а побеждает, конечно, добро.
— Громче, Таня, увереннее! Давай сначала. Даша, меньше эмоций, твой герой должен быть безучастным, — руководит процессом приобщения ребят к традиционному народному искусству Константин Петриман.
Константин Петриман.
На носу у артистов — дебют на минской сцене, поэтому репетиция сегодня проходит особенно оживленно. И хотя преподаватель постоянно находит, что еще можно подшлифовать и отточить, сам Константин Леонардович уверен: представление пройдет на ура.
— Это новый состав, ребята только начинают осваивать мастерство. Но они обязательно справятся, потому что большие молодцы, — объясняет он.
Оптимистичный настрой руководителя помогает побороть волнение, утверждает Евгений Журавский. Утром он приходит в колледж в качестве учащегося, который в будущем станет дипломированным станочником деревообрабатывающих станков, резчиком по дереву и бересте. А уже вечером у него здесь совершенно другая роль. Так, в пьесе «Солдат и Черт» Евгений — центральная фигура, за душой которой охотится нечистая сила.
— В театре я совсем недавно: пригласили товарищи, решил попробовать, — признается парень. — Был небольшой кастинг — я его прошел. Теперь мой герой — это Солдат, который по окончании Первой мировой возвращается домой. В другой пьесе у меня еще одна кукла — Пан. Почему я трачу время на это? В том числе и для самовыражения. Ты берешь в руки куклу — и начинается целая история, которой должен проникнуться зритель.
Евгений Журавский.
Чтобы это случилось, важен в первую очередь характер, отмечает хранитель традиции Мирской батлейки. За ширмой артиста не видно, но его энергию, талант обязательно оценят в зрительном зале.
Тренировки и еще раз тренировки!
Взять в руки куклу — это одно, а вот управлять ею — целое искусство. Чтобы твой герой не просто держал равновесие, но еще и перемещался по сцене, двигался, нужна сноровка. Последняя вырабатывается исключительно тренировками, с первого раза филигранно руководить кукольным героем получается далеко не у всех. Как показала практика, я принадлежу к большинству. Несмотря на то что когда-то играла в куклы с собственными детьми, руководить кукольными персонажами для меня оказалось сложнее, чем водить автомобиль.
— Обязательно сможете в другой раз, просто нужно приноровиться, — успокаивает Владислав Парамонов.
В этом составе он единственный, кто имеет опыт выступления с батлеечным театром, играет тут уже второй год. Говорит, что не смог отказаться от интересного предложения своего куратора Константина Петримана — так оказался исполнителем роли Черта. К слову, очень ярким и харизматичным, даже несмотря на то, что персонаж отрицательный.
— Темы кукольных представлений, как правило, библейские, где люди размышляют о жизни, грехах. Так или иначе, ты перенимаешь определенный опыт, все эти истории оказывают на тебя влияние. На самом деле выбор героя, которого ты играешь, никогда не бывает случаен, и эта роль многому может тебя научить, помогает переосмыслить жизненные принципы, учит давать отчет своим действиям и поступкам, — рассуждает Владислав.
Владислав Парамонов и корреспондент «СГ» Галина Жукова.
Идеальным спектакль получается тогда, когда кукла становится продолжением артиста, подчеркивает Константин Леонардович:
— Достигнуть совершенства можно тогда, когда человек берет в руки кукольного героя, смотрит со стороны и понимает: вот это — он сам. У меня был учащийся, который играл Смерть в пьесе о царе Ироде. И ему безумно было жаль отсекать Ироду голову, мол, ему и так осталось совсем немного. Начинаем анализировать: если этого не сделать, то царь натворит еще больших бед. Вижу, что внутри у артиста идет большая работа, и понимаю: это только начало. Всегда говорю, что кукольный театр взрослый, серьезный.
Батлейка — как БЕЛАЗ!
Окончательно убедился в этом Константин Петриман еще в начале девяностых, когда вместе с женой приехал в Мир и устроился работать в колледж. В то время в учреждении образования действовал батлеечный театр, в котором играли артисты высочайшего уровня.
— Я с детства любил историю, к тому же знал, что в Мире были свои местные батлеечники — ремесленники братья Силко. Решил собрать сведения об особенностях традиции — и это затянулось на долгие годы. Буквально по крупицам формировал материал. Потом решил поэкспериментировать с куклами — мне понравилось. А если ты один раз стал за ширму, выйти из этого невозможно, тебя просто не отпускает, — рассказывает свою историю преподаватель.
Он отмечает: красной нитью в традиционной батлеечной пьесе проходят библейские истории. Канва одинакова, но вместе с тем Мирская школа имеет свои особенности. Так, пьесу «Солдат и Черт», написанную братьями Силко в начале ХХ века, играли во время Филипповского поста в память о Первой мировой войне.
— Нам повезло: нашлась бабушка, которая пересказала сюжет этой интермедии. Да, своими словами, и нам пришлось искать, восстанавливать обороты, которые использовались местными жителями, работать с церковными архивами. Так же восстанавливали и песню мирских ополченцев, которую артисты исполняют в самом конце, — продолжает рассказ хранитель традиции.
В отличие от других батлеечных представлений мирские были обязательно в стихотворной форме. Среди характерных особенностей — разделение уровней ящика на верхний, который символизирует небо, и нижний — землю. Только в Мирской батлейке Черт появляется исключительно за дверцей ящика и может спуститься на землю в том случае, если забрал чью-то душу.
— Обычно после окончания выступления батлеечники выходили и собирали деньги со зрителей. В Мире этот вопрос решали заранее, чтобы не портить праздник какими-то расчетами, не нарушать особую атмосферу. Местные кукольные артисты не выступали без рушника, которым перевязывались, а после клали к подножию батлейки. Это единственное отступление от традиции, которое мы сделали как дань памяти братьям Сивко, оставив этот элемент им, — объясняет Константин Петриман.
Кукольный театр, как и в прошлом, позапрошлом веке, радует местных жителей. Сезон открывают в декабре, выступления анонсируют в Instagram-аккаунте театра. Мирских артистов всегда рады видеть на всевозможных фестивалях, конкурсах, отмечает Константин Леонардович:
— Организаторы так и говорят: обязательно приезжайте, вы у нас хедлайнеры! Зачем мне все это надо? Батлейка как крест Ефросиньи Полоцкой, как БЕЛАЗ, это символы нашей белорускости. Если ты понимаешь, что стоит за тобой, какое наследие, ценности, то знаешь, что защищать.
